Семнадцать месяцев кричу,
Зову тебя домой.
Кидалась в ноги палачу -
Ты сын и ужас мой.
Все перепуталось навек,
И мне не разобрать.
Теперь, кто зверь, кто человек,
И долго ль казни ждать.
И только пышные цветы,
И звон кадильный, и следы.
Куда-то в никуда.
И прямо мне в глаза глядит
И скорой гибелью грозит
Огромная звезда…

(Анна Ахматова. Отрывок из поэмы «Реквием»)

 

                                                  Вместо эпилога.

Вот и наступил очередной октябрь. Особенно он ничем не отличался от других «октябрей», кроме одного - это был октябрь високосного года…

Солнце все чаще пряталось в тучи. На смену пришли осенние дожди. Они смывали остатки «бабьего лета», и вместе с ветром раскладывали желтые листья по унылым полям.

 На  подступах уже  были первые  холода. Птицы начищали перышки  и готовились к отлету на юга. Они собирались в шумные стаи и что – то громко обсуждали на своем языке. Скорее всего это был план «перелета» и обсуждение маршрута – им видней.

 Под крыльями был накоплен жирок, и все ждали только команды от вожаков «в добрый путь».

Конечно, не многие из них долетят до теплых краев; не все вернутся обратно, но, те, кто без потерь одолеет очередную экспедицию, и преодолеет сам себя, может считать, что совершил маленький подвиг. Каждый перелет – это приключение ценою в жизнь.

Кроме птиц, многие тоже мечтали поскорее пережить високосный год без потерь - особенно люди.

Очередной високосный год шел к логическому завершению.  ТАМ, где то за пределами понимания и в недрах подпространства,  уже приготовили «подарки» и очередные «сюрпризы»…

Часть 1. Хэджог.

Для небольшой Небесной канцелярии из соседней Галактики всегда требовалась «свежая кровь»,  и новые сотрудники отправлялись на работу вахтовым методом в другие измерения, чтобы завербовать блуждающие души.  

Штат этой Космической инквизиции расширялся и укомплектовывался согласно  отчетам оценщиков человеческих душ.  

Днем и ночью эпрайзеры – оценщики отправляли депеши и телеграммы – молнии руководству, с помощью «форсаж доставки», для окончательного утверждения. Круговорот сансар и реинкарнаций никто не отменял, поэтому «центры занятости» и многочисленные «биржы труда» активно сотрудничали с «охотниками за оболочками».

Вакантные должности были нарасхват. Они передавались по наследству или получали на конкурсной основе. Но, некоторые вакансии были специфические.  Не каждый был готов работать бок о бок со Смертью. У некоторых профессий была большая «текучка» и недобор в кадрах. Оставалось найти человека на должность штатного палача…

После увольнения со стройки,  у одного бывшего борца – дзюдоиста наступил монотонный и глухой запой.

Затем, как обычно, наступает время относительного прозрения. Начинается поиск смысла жизни и денег. Хочется движений, но  куда? Нужна работа, но везде требуются люди «без вредных привычек». А где ж таких взять?

Сильные руки продолжали дрожать и трястись. От этой "трясучки" спасал только эспандер. Резиновое кольцо сжимали крепкие пальцы. Они сжимали и разжимали тугую резину, словно лёгкие, успокаивая и придавая тонус. С эспандером борец не расставался ни на минуту. Даже на ночь, он клал его под подушку, словно амулет.


Борца звали Дима.  Это был крепкий молодой человек, слегка за сорок. Но, за торчащие вверх волосы, его с детства прозвали – Ёжик. Так и повелось. По имени его никто почти не называл.

 После обеда, выспавшись, и  приведя себя в относительный порядок, Ёжик отправился прогуляться  на кладбище. Не в парк, ни в музей, и, даже, не в магазин, а именно на кладбище.

Что потянуло его туда, уже никто не узнает. Видимо, сама Судьба позвала бывшего борца на старый погост. Пути, как известно, неисповедимы. А может, тут все дело в особенностях високосного года.

Многие его знакомые собутыльники уже давно работали копателями могил на старом кладбище. И, по их словам, «жили, и особо  не тужили».

«Работа не пыльная - копай, да гробы опускай, - говорили ему знакомые могильщики. -  Вечером всегда будет на стакан и на карман. Зимой, конечно, хуже и труднее, но зато калымов больше. В общем, будет туго, давай к нам».

Ёжик гонял мысли:

«И что я собственно теряю? Если не срастётся с работой, то хоть опохмелюсь».

Дорога на кладбище была протоптана годами. Тропинка вела через Кончаловский лес и пролегала мимо дачного массива. 
Подойдя к погосту, Ежику бросилась в глаза ярко-коричневая вывеска на конечной остановке.

Чёрными буквами было написано:

«Требуются  отважные и сильные мужчины для работы вахтовым методом. Зарплата достойная. Похороны бесплатно».

И телефон.

«Нашли, где повесить», - подумал Ёжик. Но, все равно оторвал предпоследний клочок с номером и положил аккуратно в карман.

Высокий, стройный, даже более чем, крепко сложенный, Ёжик, с отрешённым видом шёл среди могил и памятников. Пальцы монотонно "теребили" эспандер, а короткая стрижка "под ёжик", говорила о его волевой натуре вечного борца. Его бесцветные,  глубоко посаженные глаза,  спрятались в недрах огромного черепа. Редко кто рисковал смотреть ему в глаза. В них ничего хорошего не было видно, даже при ближайшем рассмотрении. Поэтому многие избегали встречаться с  ним взглядом.
 

Завершились очередные похороны и на шла к логическому завершению - поминкам. Бригада усиленно закапывала чье - то бренное тело. ВОроны уже радостно кружили над свежими могилами и ждали конфет.

Ёжик терпеливо тоже ждал, когда эта «суровая бригада» закончит свой обыденный ритуал и отрешенно наблюдал за процессом, как заправский средневековый палач. Ему не хватало только капюшона для полного образа инквизитора.

Когда гроб был закопан, под карканье ворон, кладбище превратилось в обычную «долину смерти», на подобии Египетских пирамид –тихо, спокойно, как болото в лесу.

К полудню заметались тени, активизировались неприкаянные души, и, отовсюду стали вылезать любители «дармовщины». Словно гиены и грязные падальщики - лихие  мародеры набрасывались на похоронную добычу. Эти  расхитители могил ничем не брезговали и ничего не боялись. Они тащили все – венки, цветы, подарки и даже детские игрушки.  Дай им волю – они бы продавали даже гробы, вместе с покойниками. Уносилось все, что плохо лежит и можно продать.  К вечеру,  исчезала,  со свежих могил,  вся поминальная пища.

Глядя на них, Ёжик, который раз хотел придушить на месте этих «стервятников». Он молча наблюдал за ними, прислонившись к березе.

Лишь только «врожденная скромность» и похмельный синдром, остановили его от казни без суда и следствия. Сегодня ему не хотелось скандалов и драк. Ежик запоминал лица и что – то бубнил себе под нос. Глаза его наливались кровью, и он  еще сильнее сжимал кулаки.

- Вот твари! Я обязательно завтра вернусь и накажу, - буркнул он сам себе и отправился в сторону бытовки.

Бригада молча переодевалась в маленьком домике. Бригадир Петрович выдал  всем причитающиеся «премии» (мятые денежные купюры, номиналом в тысячу рублей),  и выставил на стол бутылки. Так, молча,  все решили  завершить день «ритуальным жертвоприношением» - проще говоря – обмыть.

- День прошел, а ты все жив, - напел Петрович.

В эту минуту, без стука в бытовку заглянул Ёжик:

- Всем привет. Не помешаю?

- О! Какие люди и без охраны! Заходи, заходи. Гостем будешь.

Под пристальные взгляды могильщиков, Ёжик пожал всем руки.

- Опять перебрал вчера? – поинтересовался бригадир, пожимая сильную кисть Ёжика. Бригадир Петрович был худощавый дядька, неопределенного возраста от пятидесяти до семидесяти, с дурацкой татуировкой на правой руке «ПЕТЯ». Каждая буква была «высечена» на пальце кривым почерком, в далекой юности им лично.  – Зачастил ты что – то в последнее время к нам. Кладбище тебя как магнитом манит? Не к добру это.

- Все нормально. Я на мели просто. А подлечиться хочется. Но, я обязательно отдам долг - вы меня знаете.

- Знаем, знаем. Куда ты денешься. А то я начал думать, что ты по мертвецам скучаешь.

Бригада дружно рассмеялась в унисон.

- Ага. Сплю и вижу, - огрызнулся Ёжик.

- Ладно, ладно. Не злись. Подходи к столу. Мы своих не бросаем. Даже после смерти…

Кладбищенский юмор бригадира Петровича всегда поддерживался солидарным смехом – это как закадровый смех в дешевых сериалах и идиотских ток - шоу. Тебе не смешно, а кто – то все равно смеется по поводу и без.

Водка – великий источник веселья. Поэтому, этот «источник» жизнеобеспечения в бригаде не иссякал. Черный юмор процветал тоже, по мере увеличения градуса. Благо, родственники усопших щедро благодарили «за вредность» угрюмую бригаду (и далеко не молоком).

Ёжика любезно пригласили к столу. Он выдавил полуулыбку в знак благодарности. Потом звякнули пластмассовые стаканы, захрустели огурцы. Закусывать особо никто не любил. На кладбище у многих плохо с аппетитом. Поэтому, все дружно курили друг другу в лицо, одну за одной. Каморка быстро наполнилась едким дымом  дешевых сигарет.

Две бутылки водки на шестерых – были как дробина слону. Пить в бригаде умели и почти не пьянели.

Через полчаса все было выпито, и бригада собралась  расходиться по домам. Задерживаться на работе никто не любил. Лишь Ёжик,  особо не торопился домой. Кроме мамы его никто не ждал.

- Ну, все. Пора,  – скомандовал Петрович. – Завтра тяжелый день. Тем более дождик обещают. Так что, не опаздывать завтра и не расслабляться дома до утра. Ясно?

Все дружно кивнули и пробурчали: «Не вопрос. Не переживай, Петрович».

Шли молча. Каждый погрузился в свои сакральные мысли могильщика. Уже на выходе с кладбища, Ёжик спросил у  бригадира:

- Я  тут объявление на счет работы увидел?

- Какое? – Петрович остановился и ухмыльнулся своими желтыми и редкими зубами. - Про «отважных людей»?  Забудь. Туфта это всё.

Бригадир закурил,  хитро посмотрел на всю бригаду. Он ждал вопроса.

- Почему? - не унимался Ёжик.

- По голове…Приключений тебе не хватает?  Работать надо, а не вахтами заниматься. А бесплатные похороны только на зоне. Так что – расслабься. Лучше к нам иди – не пожалеешь.

- Поверь мне. Я туда ходил на собеседование, - вдруг сказал старик из бригады. – Петрович прав.

Ёжик не помнил имени этого старика, и, поэтому, обращался к нему исключительно междометиями:

- Расскажи…

- Да чего рассказывать. Не прошел я и все, – сухо огрызнулся безымянный.

Вся бригада на миг остановилась и переглянулась.

- А ну – ка, дай сигарету, - сказал бригадир пожилому безымянному могильщику. – Значит, ты ходил тоже? А почему я не знаю об этом?

 - Да, мы все звонили, и даже ходили на это собеседование, будь оно неладно, - призналась вся бригада.

- Значит, работу решили сменить? – Петрович зыркнул на всех не добрым взглядом. – Ладно. Завтра проведем собрание по этому поводу.

Все члены «суровой бригады» поняли, что проболтались по пьяной лавочке, но было уже поздно.

- Прости, Петрович, - пробубнил безымянный за всех. – Ладно тебе…

- И? – не унимался Ёжик. Ему не терпелось узнать, что это за работа.

- Прости, поверь и я тебе посру под дверь…, - съязвил бригадир. - Давай уже рассказывай, коли начал. Только правду говори, - обратился он к старику.  

Безымянный старик, покраснел, зачем то огляделся и, поведал историю про собеседование.

- На прошлой неделе я ходил тудой.  Сидит, значит, в этой будке мадам, и вопросы  странные задает. Контора у них, в дачном кооперативе,  рядом с нашим кладбищем, «Надежда», вроде называется общество. Ну, ты должен знать. – Безымянный старик посмотрел на Ёжика и на бригадира, ожидая одобрения. И, не дождавшись,  продолжил. -  Ну, как к нам идти, короче, прямо по пути...

- Да понятно уже, дальше, - перебил его Петрович.

 - Так вот. Сидит эта тетя и глазищами сверлит тебя. Они  у нее, как у инопланетянки. Меня аж, в лютую, дрожь кинуло. Вспоминать страшно. А потом вопросы начала  задавать. Как в «Что? Где? Когда?» прямо. Я и не знал,  что и ответить…Я ж не Друзь…

- Например… – Ёжика все больше пробирало любопытство.

 - Например: «Верите ли вы в бога или в дьявола?», «Готовы ли к серьёзным переменам в жизни?», «Смогли бы рисковать ради нашей планеты и помочь другим цивилизациям",  и ещё всякую подобную хрень.  

- А сколько обещали платить и что надо делать? – опять перебил  Ёжик.

- Так я же и  говорю тебе, что собеседование мы не прошли. Сказала: «спасибо» и «прощайте». А потом с улыбкой добавила: «до новых встреч в эфире». Я и ушел ни с чем.

- А дальше?

- Что дальше? Тесты эти грёбаные писали полдня, лучше бы подкалымили тут. Все.  Отстань.  Домой пора. Сходи и протестируйся сам.

Все расхохотались.

- И схожу. Нечего ржать. – Ёжик злобно посмотрел на пьяных могильщиков.

- Не груби, - осек его бригадир. – Не люблю грубости и шуток на кладбище. Коллектив уважать надо.

- Не обижайся, Петрович. Я не со зла, - Ёжик понял, что нахамил. Его напоили, накормили, а он хамит.  
Нужно было сменить тему и разрядить обстановку.

- Говоришь, мадам странная? А хоть красивая?

Старик выпустил дым и ответил:

- Нет, наоборот. Ничего себе баба – красивая, грудастая. Всё при ней. Глазище у нее – цвета (он на миг задумался)… даже не знаю какого, неземные, в общем. Насквозь сверлят - я таких боюсь. Да и обстановка в этой конторе мутная - необычная, мягко говоря.

- Как в морге? – спросил Петрович. – Или страшней чем у нас? Чего тебе ли боятся то, старому уголовничку?

- Вот именно. Вроде все прилично – чин чинарем, но жутко и по – страшнее, чем у нас. В этой хате, хоть и покойников нет - зато будто смерть живая рядом. Мрачно и жутко. Я почти сбежал. Мне мои покойники дороже.  Как говорится: «лучше синица в руках, чем утка под кроватью».

Все опять рассмеялись.

Старик подытожил:

- Тут, у нас, всё стабильно с нашими покойниками. Вырыл - закопал. Выпил – закусил. Довольный пошел  домой. Почти романтика. Не хочу ничего менять. Я сначала тоже думал что-то интересное. А потом два дня не спал. Всякая дурь ночью снилась и кошмары. Так что - не парься даже, Дима. От добра - добра не ищут.

Бригадир предложил ещё «на ход ноги»,  и отказа не услышал.

Оставшийся путь до остановки  шли уже молча.

Ёжику не давала мысль об этом объявлении. И он твердо решил сходить на собеседование завтра.

Часть вторая. Тест- квест.

На утром, у Ёжика ужасно опять болела голова. Хотелось пива и «продолжения банкета».

Вяло нащупав трясущейся рукой разработанный эспандер, Ёжик молча слушал нотации строгой мамы.

Это был единственный человек в мире, которого он побаивался. Тетя Зоя почти никогда не расставалась со своим вишневым беретом даже во сне. В редкие минуты  покоя, перед завтраком или на ночь, она постоянно читала нотации о вреде алкоголя и последствиях тунеядства своему безвольному сыночку.

И было за что его корить.

Ёжик избегал споров с мамой. Он молча терпел все нападки и оскорбления с борцовской волей. Тетя Зоя частенько прикладывала руку на него и грозилась убить.

«Лучше бы тебя оставила в роддоме или поменяла на девочку тогда», - любила повторять она перед ударом или нанося пощечины.

Со старообрядческими принципами Ёжика, на мать поднимать руку – грех. А она продолжала его лупить, пилить и стыдить - за все, про все и при всех,  и ещё как. Он стойко терпел ее удары, обзывательства, обиды  и упрёки. Потом молча уходил из дома, еще сильней сжимая свой любимый эспандер, и,  лишь огрызался про себя. А потом срывал злость в уличных драках. Соперники часто оказывались в больницах с переломами и ужасными травмами. Ёжик особо не бил людей – он предпочитал ломать и калечить. Многие оставались инвалидами.

Удивительно, но все это сходило ему с рук,  и он избегал наказания – чем и пользовался при каждом удобном случае. Словно его кто – то оберегал или спасал от тюрьмы и суда.

Вот и на следующий день, Ёжику хотелось по - быстрее сбежать из дома.

Мама не давала покоя нотациями и жужжала на ухо. Ругань лилась на сына, как из ведра.  

- Ты куда опять собрался? – Грозная мама встала в проходе, загораживая дверь.

- На счет работы. – соврал он. Он был похож в эту минуту на нашкодившего школьника, который принес «двойку».

- Сходи, сходи. Может, и возьмут такого «отважного и сильного», - съязвила мама. Чувство юмора у нее было своеобразное, и она добавила, - Итак живешь по доверенности и в долг.

-  Я все отдам

- Как же. Ты век не расплатишься передо мной, мутант.

Дальше слушать не хотелось – все было предсказуемо и гадко.

Натянув джинсы под улюлюканье матери, он выбежал из квартиры. Вслед ему сыпались «комплименты», достойные конкурировать со спичем портовых грузчиков:

- Вернись сейчас же, образина. Куда  собрался? Бухать? Подонок. Можешь не возвращаться - я тебя вычеркнула из завещания…

Слова сопровождались отборным матом, но уже не слышал их. Из окна мать ему грозила кулаком и продолжала кричать в пустоту что - то непотребное.

Машинально пошарив по карманам джинс, Ёжик нашёл лишь клочок бумажки с номером телефона. Развернув, он  вспомнил про объявление.

 «Вот это удача! А я и забыл. Отличный повод навестить эту конторку. А вдруг повезет, и пройду этот тест - квест».

С этими мыслями Ёжик устремился на таинственное собеседование.


Уверенной, слегка опасной походкой, двигался человек средних лет, навстречу своей новой судьбе. Дорога в СНТ «Надежда» было ему хорошо знакома.

Ёжик тоже лелеял надежду найти удачу. Но, в високосные года, трудно отделить фарс от фиаско.  

Бюро ритуальных услуг «Вояж» располагалось на окраине садоводческого  товарищества.

Небольшой деревянный домик, темно-коричневого цвета стоял на отшибе,   и примыкал к лесу. Дальше виднелось старое кладбище.

Ноги сами привели Ёжика по тропинке к крайнему дому. Вывески на нем никакой не было, лишь глухой забор, с надписью: «Звоните, вас очень ждут».

Ёжик постучал в дверь два раза в ответ тишина. Тогда он огляделся; прислушался -вокруг тоже никого.

Из леса раздался голос кукушки:

«Ку ку. Ку ку. Ку ку».

- Маловато будет, - сказал он, глядя в лес.

 Потом ударил три  раза в дверь кулаком, огляделся, и, уже было собрался уходить, как услышал шорох в доме.

- Вот тебе и «ку ку», - сказал он закрытой двери.  И тут дверь скрипнула. На пороге стоял и улыбался  карлик.

- Ку ку. – Карлик подмигнул и улыбнулся беззубым ртом. Он был по пояс Ёжику.

- Я на счет работы.

Ёжик оглядел «малыша» сверху с нескрываемым презрением. Но, карлик продолжал хитро улыбаться и жестом  пригласил пройти внутрь.

- Утро доброе, милый друг. Проходите. Вас уже ждут.

- И вам доброе утро. - Ёжик усмехнулся своей ничего не значащей улыбкой. – Уже ждут? Интересно кто? – А потом добавил. - Какая прелесть.

- Это действительно прелестно, что вы пришли к нам.

Ёжик шагнул внутрь маленького дома.

В прихожей висел человеческий череп, между двумя факелами. Рядом расположились чучело головы волка и медведя. Из стен торчали  рога различных животных. Рядом расположились различные языческие амулеты, знаки и какие-то каменные диски. Из костей были сделаны подсвечники.

Маленький гном шел впереди, прорываясь сквозь огромные нити паутины.

- Не пугайтесь. У нас тут особая обстановка и легкий бардак.

- Все нормально, надеюсь,  змей тут нет? – спросил Ёжик, снимая с головы паутину.

- Есть, но они спят. Это не должно Вас беспокоить.

- Не люблю змей…

- Они Вас не укусят. Думайте о хорошем.

Ёжика сразу поразило, что дача, казавшаяся такой маленькой снаружи, внутри оказалась похожей на старинный замок и с бесконечным коридором.

Карлик открыл черную дверь, с надписью  «Входить без стука», заглянул,  и показал своей уродливой рукой, что можно проходить.

- Он пришёл, - доложил он кому то в пустоту.

Невидимый голос ответил.

- Пусть заходит.

Ёжик, немного смущаясь, шагнул в комнату.

В небольшой комнате на полу лежала шкура медведя; вдоль стен стояли идолы и деревянные божества; в центре расположился мощный дубовый стол, на котором стоял кувшин с торчащими перьями вместо ручек.

На Ёжика смотрел бородатый старик. Он сидел на огромном троне и водил гусиным пером по бумаге. Его кудрявые волосы небрежно спадали прямо на стол. На голый торс загадочного старца была накинута жилетка из шкуры медведя, с  капюшоном.

Старик оторвался и посмотрел на гостя.

- Доброе  утро, милый друг.

 Тяжёлый бас отрезвил Ежика, словно холодный душ. Голос был, словно из рупора или как говорят в кувшин.

- И вам, доброе…

Опять "милый друг»! У них что, тут так принято?", - подумал Ёжик.

- Садись, садись.  У нас тут так принято, милый друг, - словно читая мысли, ответил старик. Его тяжелый взгляд сверлил из - под густых бровей до самой спины. - Разговор у нас будет серьёзный.

Ёжик не нашел что ответить, и молча присел на стул. Его было трудно чем - то  испугать (кроме маминого гнева), даже  - почти невозможно. Но, здесь,  ему  стало не по себе. Ноги онемели, ладони стали влажными, а по спине потёк холодный пот.

- С чем пожаловал, милый друг?

- Я насчёт работы, в общем- то…

Ёжик осекся, и не успел продолжить мысль.

- Правильно. Работы у нас много. А для тебя у нас есть прекрасная вакансия -как раз для тебя держим. Готов?

- К чему?

- К интересной работе.

- Смотря к какой.

- Тебе понравится. Сейчас подпишешь контракт, и можешь приступать. 

- А как же собеседование, анкеты, вопросы? Мне говорили…

- Знаю, все знаю,  – старик  прервал Ёжика. - Приходили тут всякие, кореша твои кладбищенские... Но, они неважные кандидаты, я  бы сказал  - фуфло. А ты нам подходишь.

Старец привстал с трона и протянул Ёжику для рукопожатия:

 –Извини, не представился - Роланд Всеволодович. Ну, а тебя - я знаю как. Позволь мне тоже  тебя называть - Ёжик ? Идёт?

- Очень приятно, - пробубнил Ёжик и протянул руку, - я не против.

Все это время маленький гном стоял за спиной Ёжика и перебирал деревянные чётки из рудракши (Рудракша — это ничто иное как семена вечнозеленого широколиственного дерева из семейства). Только вместо бусин крутились маленькие золотистые черепа.

- Сходи - ка, за элем, - обратился к карлику Старец.

- Сию минуту, Владыка.

Гном мгновенно исчез за дверью, и в комнате стало намного спокойней. Ёжик не любил, когда за спиной стоят.

 «Ну и имя у этого старика, - подумал он. - А где же мадам, что тестировала бригаду».

- Уж какое родители дали, такое дали,  - опять прочитал мысли старик. – А мадам уже нет. ЗДЕСЬ  нет. Но, она уже ждёт тебя. А за бригаду не беспокойся, они скоро все забудут и не вспомнят никогда.

- Кто ждет? Где? – загадки стали напрягать похмельную голову борца.- Вы о чем?

- Того, кого ты хотел здесь увидеть. Тебе же про неё уже сообщали, не правда  ли? Так вот – ее уже нет. Понятно? Ну, не будем об этом - времени мало. Она далеко, а мы еще тут.

Старец разложил какие – то бумаги на столе, и продолжил:

- Пожалуй, приступим. Ты готов покинуть город, и уехать? Может быть, даже навсегда?

- Куда уехать? И ради чего? Вы о чем?

- Не перебивай. Навсегда, значит НАВСЕГДА.

- Я вас не понимаю? Как все бросить и уехать?

Старик ударил кулаком по столу:

- Выслушай сначала, а потом вопросы задавать будешь.

- Хорошо.

 - Ничего хорошего. Ответь мне и себе в первую очередь. Что тебя здесь держит? Перспектив никаких. Копать могилы будешь, в лучшем случае,  и пить после работы  с отребьям всяким? Это что смысл жизни? Или ты хочешь полного забвения?

- Забвения!? Вы хотели сказать - смерти? И почему сразу пить? А ребята, кстати,  нормальные. Зря вы так. Кто - то же должен могилы копать.  – Ёжик попытался оправдаться.

- Можно и так сказать, не спорю. Работа каждая важна – ты прав. Труд – это прекрасно!  Да и выпить я сам люблю. Где этот чертов гном? – старик явно заждался лилипута и продолжил. - Но, тут дело в следующем - забвения бывают разные. Понимаешь?

- Не совсем.

- Скоро поймешь. Я сам не люблю слово смерть. Жизнь прекрасна и удивительна. Но она не заканчивается на кладбище, как многие считают.  После неё тоже есть жизнь -только в других местах. Надо просто выбрать новое измерение и оболочку. Про сансары и реанкарнации, надеюсь, ты слышал?

Ёжик все больше запутывался, и у него начала кружится голова:

- Я не понимаю вас. Что за работа, и какая зарплата?   При чем тут сансары?

- Не торопись. Сейчас все объясню. У тебя мало времени, поэтому буду краток.

- Можно воды? После вчерашнего, очень сухо во рту.

- Понимаю.  Ну, где это домовой – переросток? Кузьмич! Куда пропал?
В это время карлик вновь появился, из-за спины с большим кувшином.

- Кузьмич, налей гостю "эля". - Старик обратился в сторону карлика. 
 



Гном плеснул  добрую порцию в деревянную кружку.

- Благодарю. - Ёжик залпом осушил стакан, даже не чокаясь.

 Спасительные глотки прохладного напитка поставили «мозги на место» и придали ему относительного тонуса.  Голова закружилась в приятной эйфории и он сразу осмелел:

- Так что делать-то надо? Неужели клады искать будем? Ходить с металлоискателем по кладбищам?

- Торкнуло?

Старик рассмеялся:

Почти, но, не клады. И не металлоискателем, а топором. Людей искать, причем живых. Про кладбище забудь, сдалось оно тебе.

- Все шутите? Я такие шутки не люблю.

- А я не шучу. Разве я похож на шутника? – Старец грозно посмотрел на Ёжика.

- Извините. Но, я лучше пойду.

- Ты не дослушал. Налей еще себе и выслушай. И мне плесни полкружки.

Эти слова успокоили Ёжика, и он опять налил себе чудесного эля, а старик продолжал:

- Вот ты, Дмитрий, ты же всегда мечтал о свободе? Ведь так?

 Ёжика давно никто не называл по имени. Ему стало даже приятно от такого обращения.

Старик продолжал:

- Твой образ жизни всем давно известен. Скоро  ты больше не будешь нуждаться ни в чем - красивая жизнь, свобода и неограниченные возможности тебе обеспечены. Ты сможешь делать все,  ничего не боясь. Вот, что я тебе предлагаю.

- Искать с топором людей? Прекрасная работа!

- Зачем так? Спектр твоих обязанностей ты узнаешь чуть позже. Но, работать в суде – это хорошая должность.

- В суде? В качестве кого? Надзирателя? Или прокурора?

- Ни то. Ни другое. В качестве штатного палача.

Ёжик чуть не поперхнулся:

- Палача? Всю жизнь мечтал быть убийцей по найму, - съязвил он.

- Палач - не убийца. Он исполнитель приговора. Тем более – это не простой суд.

- А какой? Третейский? Или мировой?

- Почти. Можно сказать Небесный.  Как тебе будет угодно. Не удивляйся. Но, каждый должен заниматься своим делом, как ты сам говорил про своих друзей.  А ты прирожденный палач. Это почти как ювелир, я разве  не прав?

Ёжик влил в себя еще глоток.

- О чём вы? Сравнили ювелира и палача.

Ёжик хотел применить другое сравнительное выражение (про палец), но вовремя осекся.

- Да все о том же. Ты прирожденный палач, напряги череп и вспомни - тебя никогда не пугали смерти, могилы и трупы. Покойники тебя вообще не беспокоят, а наоборот, даже притягивают. Дурные вести и горе – тебя мало волнуют.  При этом ты, никогда не выказывал ни тени сочувствия и сострадания к жертвам. Тебя интересовала только праздная жизнь, без последствий и сожаления. Твои, так называемые «кореша» - были лишь попутчиками на короткий период жизни и собутыльниками. А про твою родню, я вообще молчу. Кто у тебя самый близкий?

- У меня есть сын...

- Знаю. Но, когда ты последний раз его видел? Тебе и на него наплевать.

- Не надо так, - Ёжик сжал кулаки под столом и напрягся. – Сына не трогай, а то…

- Сядь. Ты уже пьян. Посмотри правде в глаза. Где твой сын? С кем он и как живёт?  Ты даже умудрился отсидеть за неуплату алиментов. И ты ещё хочешь сказать, что тебе не всё равно? Остынь, Дима

У Ёжика потекли слеза от стыда. Старик был прав.

- Да кто ты такой, чтобы меня учить? – Ёжик поднялся и закипел, сжимая мощные кулаки.

- Угомонись. Правду не все любят слушать, тем более по утрам. Прости, милый друг, я не хотел тебя обидеть. Напротив, хотел дать тебе шанс всё исправить и начать новую жизнь.

- Очень мило с вашей стороны, но я лучше пойду. Спасибо за "интересное предложение".

Ёжик встал и направился к выходу.

- Как знаешь. Но, у тебя все равно нет выбора. У тебя ровно месяц до забвения.

Старец хитро улыбался.

– Опять угрожаете? - Ёжик уже не спрашивая, подошел к столу и плеснул себе ещё эля. – Вы очень добры.

- Я сама доброта.

Старец громко рассмеялся:

- Через месяц тебя убьют в драке и твои же друзья закопают твою оболочку на два метра. Вот и узнаешь, что такое забвение.

- Откуда вы знаете?

- Я все знаю.

Ёжику стало страшно. Старик читает мысли и предсказывает судьбу. «А вдруг, он не врет?»

- Ладно. Давайте ближе к делу. Выкладывайте свое предложение. Что, конкретно я должен делать, если это серьёзно и не бред?

Ёжик склонил голову и сел обратно за стол.

- Если серьезно, - старец гладил свою бороду и продолжал. - То тебе предстоит отправиться в одно интересное путешествие со мной. Уверен, ты не пожалеешь.  Нуждаться не будешь ни в чём. Малыш, неси контракт, - крикнул он карлику. – Клиент созрел.

Алкоголь придавал смелость и расслаблял борца.

«А что если попробовать. Что я теряю, в конце концов? Будущего не видно. Сплошное однообразие.  Может это действительно шанс и судьба?

- Решайся скорей. А  мне пора. Малыш объяснит  тебе подробности. - Он указал на карлика. – Сегодня больше не пей.


Часть третья. Контракт с волшебником.


 С этими словами старец поднялся из-за стола и вышел в окно.  Ёжик был поражён  не только  размерами и габаритами  этого загадочного старика. Но,  и его какой то "потусторонней" энергией и тайной. Он словно растворился в тумане.

«Что за фокусы опять? Неужели я опять напился?»

Ёжик протер глаза и ущипнул себя за колено.

Все это было похоже на сказку. Будто былинное божество или  кудесник говорили с ним, а потом исчезло. Ёжик вспомнил Бога славян – Велеса. Он много читал о нем. Уж больно похож был старик на картинки славянского божества.

- Эй. Роланд Всссеволдч, - попытался он выговорить. – Вы куда пропали? А ну стоять.

Его пьяный бред прервал карлик.

- Успокойтесь, товарищ Ёжик. Вы должны почитать контракт.

Этот лилипут, похожий действительно на домового - переростка, уже суетился вокруг стола старца.

Через одно мгновение, перед Ёжиком, ним сидел уже карлик, вместо загадочного старика. Он ловко разложил какие-то бумаги, буклеты и карты, надел маленькие треугольные очки, в тёмно-зелёной деревянной оправе; зачем -то напялил парик и судейскую квадратную шапочку с кисточкой.

- И так, господин Ёжик. Как я полагаю, вы согласны отправиться с нами в долгое путешествие. От вас требуется поставить только подписи на договоре. Всё остальное мы сделаем сами. Чтобы не утруждать себя чтением, тем более в вашем состоянии, я сам его зачитаю и заполню. Слушайте внимательно. Задавайте вопросы. Итак. Поехали.

Карлик достал два рулона папируса, один развернул, другой протянул Ёжику.

- Они абсолютно одинаковы -нам и вам. Глядите и сверяйте текст.

Ёжик развернул папирус и ещё больше поразился, увидев старославянскую письменность. Буквы были, конечно, знакомы, но, чтобы прочитать их, нужно было очень сильно напрячься.

- Читайте сами, только можно ещё глоток?

- Только один. Налейте сами и закусите яблоком.

Гном дождался, когда Ёжик допьет.

На папирусе, сверху по центру,  был изображён сам старик Роланд,  в виде герба и в окружении непонятных знаков. Чуть ниже слева необычный "крест" и две стрелы по бокам. В правом углу улыбался череп.

Контракт.

 

В соответствии с данным контрактом,  заключённым между Небесной Канцелярией, в облике Владыки шестого круга, Роланда Всеволодовича Власьева (по земному значению), управляющему в данный момент времени и в этом месте пребывания на основании предписания Совета девяти Владык, и между Глазыриным Дмитрием Викторовичем, известному, как «Хэджог» или «Господин Ёжик», существующем в  шестом круге, в маленьком городке, и полностью от себя не зависящего, подписали  данный документ КРОВЬЮ.

  

После слов «Кровью» и других непонятных слов Ёжику хотелось убежать, но любопытство и кураж заставили дослушать до конца этот манускрипт.

Основные требования к существу соглашения:

По настоящему соглашению Исполнитель  клянётся своей душой, жизнью и судьбой перед Владыкой, что переходит в другое измерение сознательно и без давления и сожаления.
Исполнитель клянётся соблюдать все заветы, законы, обряды, обычаи, традиции, установленные в новом, доколе неизвестном ему круге, и неукоснительно их исполнять под страхом безоговорочного забвения…


Ёжик прервал монотонное чтение:

- Можно вопрос? Что это за "круг"? Какое «измерение»? И что это  за "забвение"?

- Круг – измерение – это другая жизнь, в новом, невидимом для обычных людей мире. Забвение – это жизнь под землей, в гробу, поедаемым червями, проще говоря – типа Ада, по вашему. По - нашему Навь, только хуже.

- Говорите яснее.

- Мы можем вас вернуть обратно сюда или переместить в первый круг от основания планет.

- Ладно, хватит меня грузить.  Давайте дальше.

Ёжик всё больше запутывался, но хотел узнать суть работы.

Карлик продолжал.

… Владыка же, в свою очередь, берёт полностью на себя покровительство и защиту над Исполнителем от любых посягательств на него во время действия данного соглашения от непрошенных и несведущих сил и существ.
На время действия Соглашения Исполнитель пользуется всеми благами цивилизации и дарами девяти Кругов.
В случае отказа Исполнителя от Соглашения, от выполнения приказов и заданий к нему, будут применены меры, согласно «Кары Небесной Канцелярии».
Соглашение действует до момента решения всех поставленных задач, но не менее одного земного года.
Расторжение данного Контракта предусмотрено только по совету Небесной Канцелярии или по рекомендации Владыки
.
 


_______ (Владыка)                                                              _______ (Исполнитель)


Дата.    


 
Место для отпечатка крови исполнителя.                                                                                                                                                        
 

- Вам всё понятно? – Карлик пристально смотрел своими хитрыми глазками сквозь очки на одурманенного информацией  Ёжика. – Весёлые приключения под нашим покровительством, а взамен - праздная жизнь в свободное время и неприкосновенность. Что может быть лучше, не правда ли господин Ёжик? Тем более, не больше года!

- Когда нужно приступать? – Ёжику было уже всё равно. Эль сковал его ограниченный разум. Домой точно не хотелось, да и будущее тоже виделось в "густом тумане".

- Вы, я вижу уже готовы принять наши условия?

Малыш шустро подскочил к Ёжику, протянул свою маленькую руку, чтобы пожать, но когда Ёжик вытянул свою руку, то вскрикнул от дикой боли. Карлик резко полоснул по ней чем-то острым и жгучим. У Ёжика хлынула кровь из ладони и кожа разошлась на две дольки.

- Ты чего охренел, недоносок? – взвизгнул Ёжик. Он вскочил и хотел задушить лилипута. Карлик успел отскочить и  приложил сгусток крови Ёжика на папирус.

- Не надо паники. Это небольшие издержки. Держите контракт. На свой экземпляр поставите сами, если захотите. Главное, на нашем экземпляре есть ваша отметка согласия. Дело сделано, мой юный друг. Можете налить ещё эля  и возьмите тряпку.

- Да я сейчас тебя задушу и заставлю съесть эту газету.

Могучий борец вяло двигался в сторону гнома, но силы покидали его вместе с сознанием. Ёжик глупо хлопал своими редкими ресницами, где-то в глубине черепа. Сон повалил его с ног. Карлик подбежал и успел бросить волчью шкуру, перед тем как Ёжик рухнул на пол.

Часть четвертая. Сансара.

- Как прошло собеседование, Малыш?

- Всё в порядке, Владыка. Чуть- чуть понервничал, но бывало и хуже. Я думаю, он справится. Тем более, для него уже всё позади. Он уже не проснётся тут.

…В углу, под грязной волчьей шкурой, лежал огромный человек. В темноте казалось, что он спит. Но он был холоден, как камень.

- Отнеси тело поближе к погосту. Можешь даже  к коморке его друзей. Они знают, что сделать. Мы выдадим ему новый скафандр.

Владыка был на редкость весел.

Бригада Петровича  сегодня рано закончила работу. Покойников  было  всего трое. Послали гонца за водкой. Молодой сотрудник решил "прогнуться" и заодно проставиться. До магазина было  десять минут ходьбы.

На выходе из кладбища к нему подошёл маленький человек.

- Мир дому твоему. Уважаемый, не откажи…

- Сигарет нет и денег тоже, - молодой человек напрягся и приготовился нагрубить, чтобы отшить навязчивого лилипута.

- Я долго не задержу Вас. Мне не нужны Ваши деньги и я не курю.

- Что надо? Говорите быстрее – мне некогда.

- На кладбище всегда ошивались различные попрошайки и сектанты.

- Я не сектант, - успокоил его, словно читая мысли, гном. - Друг, выпей со мной. У меня горе, товарищ вчера умер, хороший человек был. Не откажи. Я угощаю.

- Это другое дело. За хорошего человека грех не выпить.


Карлик мгновенно достал из пакета трёхлитровую  банку с мутной жидкостью, коляску колбасы, хлеб и два огурца.

- Что в банке, самогон?

- Лучше. Моя настойка.

Они выпили. Молча "помянули". Два раза. Потом еще. Тут карлик неожиданно посмотрел на часы:

- Ну, мне пора, да и тебя, наверное, ждут. Хочешь, забери банку, друзей угостишь, не забудьте помянуть только.

- Будет сделано. А как тебя зовут? Может, завтра еще увидимся? – молодой человек не хотел расставаться с этим приятным маленьким спонсором, поэтому набрался наглости и спросил вдогонку удаляющему лилипуту:

- Подожди. Хоть номер свой оставь.

Гном повернулся и ответил:

Зачем? Мы сегодня встретимся. Жди.

Потом резко повернулся и быстро исчез за остановкой. Он как будто провалился.

Удивленный молодой человек еще какое то время подождал, что гном появится, потом подошел, чтобы убедиться что там никого нет, плюнул от досады и поплелся обратно на кладбище.

Редкая удача сопутствовала ему - халявное бухло, короткий день, деньга на кармане. Завтра тоже намечался калым, а вечером намечалось свидание. Он почти бежал к своей бригаде.

Из – за дерева, его провожал маленький человек и улыбался.

Вернувшись в сторожку, он похвастался этим событием. Его похвалили и сказали: «тут жить можно, копай, пей и веселись, что ещё надо».

Дрогнули стаканы, начались сальные рассказы и кладбищенские шуточки…

Наутро на погосте был настоящий переполох -милиция, скорая, местная пресса.

В кладбищенской сторожке было обнаружено пять трупов. Предположительно все отравились некачественным алкоголем, как сообщили в местных новостях.

Среди них нашли тело и бывшего борца.


"Я же говорила ему -  пьянки плохо заканчиваются. Сколько уже твоих друзей закопали по дурости", - причитала мать Ёжика у следователя.

Ёжика нашли рядом со сторожкой. Он угрюмо сидел, прислонившись к двери домика, будто спал. Неестественная поза лежала в неестественной позе, с кровоподтеками на шее. Открытые глаза смотрели в Небо.

Фотографы-криминалисты составили протоколы и опрашивали свидетелей. Среди могил, рядом с местом происшествия сидел маленького роста человек. Он представился очевидцем и внимательно слушал события происшедшего.

Он даже всплакнул. Но, слёзы были неискренние, скорее смех от радости удачно выполненного задания Владыки…

Часть пятая. Сюрприз! Ты мертв!

Ёжик спокойно перешёл в другой круг. Многие уже заждались. Работы накопилось очень много.

Голова гудела хуже обычного. Сухость во рту была перемешена с необыкновенной вонью во рту. То ли зубы не чищенные, то ли желудок. Было мерзко ворочать даже языком.

Глаза не открывались. Ёжик почувствовал, что на своих веках какой то предмет. Одной рукой он дотронулся до глаза и снял деньги. На глазах лежали монеты… И тут он окончательно  прозрел.

Ёжик ничего не помнил. «Где я вчера так напился? С кем? Напрягая мысли, он обнаружил небрежно перевязанную ладонь. Под кровавой тряпкой ныла свежая рана.

«Неужели я ещё и подрался? Вот дурак!»  Тут он снова провалился в небытие и отключился…

- Доброе утро, милый друг.

Ёжик протер глаза. Перед ним,  стояла миловидная  женщина в халате,  с драконами. Она небрежно водила тряпкой и стирала пыль с книжных полок.

- Где я?

- Вы на Месте. С прибытием! Мы уже заждались вас.

Ёжик лежал в недоумении и молча разглядывал комнату.

В больной голове был сумбур и необъяснимая паника. Память словно стёрли, но остались обрывки далёких воспоминаний. Эпизоды последних событий сыпались кадрами, словно в диафильме – карлик, старец, сладкий напиток, драка…  Потом провал. Сильно болела шея, даже больше чем голова.

- Это пройдет, - словно читая его мысли, сказала женщина. – Такое часто бывает, когда попадают к нам. Ведь человек бывает «внезапно смертен», не правда ли?

Она расхохоталась таким звонким и детским смехом, что шея перестала болеть.

- Вам виднее, - пробубнил Ёжик и повеселел.

За окном было слышен, чей то спор. Кто - то говорил на повышенных  тонах.  Язык спорщиков был непочтенен. Лишь редкие слова бранной речи,  были до боли знакомы Ёжику, и резали слух.

Хэджог не любил высокие тембры. Он лишь  интуитивно он сжал кулаки.

- Сходи, проветрись и посмотри наш район.

Дама жестом указала на дверь.

- Где мой эспандер, черт побери?

- Советую тут не бросаться такими словами - у нас принято говорить нечистая сила. Постарайтесь выбирать выражения. А свое «кольцо» найдете на улице.

Ее тон был страшнее маминых нотаций.

- Я понял.

С этими словами Ёжик вышел из хижины. Его обдало чистым воздухом и сразу отрезвило.

Перед ним стоял старец и тот самый карлик. Кузьмич нервно сжимал эспандер Ёжика. Было видно, что его сильно попало.

- Все иди с глаз моих долой, - сказал старец.  Он был явно чем – то сильно расстроен, потом машинально протянул руку Ёжику:

 – Рад. Очень рад тебя видеть, милый друг. Кузьмич тебя введет в курс дела. Да, Кузьмич?

- Будет исполнено, Ваше Благородие, - лилипут отдал честь рукой.

- К пустой голове руку не прикладывают. Эспандер верни.

Кузьмич улыбнулся. Его маленькая рука протянула эспандер.

- На. Держи. Для меня он слишком легкий, а тебе я свой подарю – будешь тренироваться по бразильской системе.

Они оба рассмеялись. Кузьмич похлопал Ёжика по спине - до плеч ему было не дотянуться. А потом, они вдвоем двинулись на экскурсию в новое измерение...

Продолжение следует...

Читайте новые приключения Ёжика в рассказе "Переполох на Водосточном". 

 Основано на реальных событиях за три года до случившегося.

(Посвящается Димке Глазырину).

 

 

Последний взгляд перед отправкой