Человек в зеленых перчатках.

                                                  ( Рассказ о летчике - вампире)

                                                                          

                                                     Убийственная встреча.

Вторую неделю шел проливной дождь. Казалось, что ветер согнал все окрестные тучи и облака в одно место, словно «небесную армию», перед последним боем, чтобы выплеснуть  весь поток летних осадков на наши старые дома.

Где – то, за лесом, уже готовились дать решающий залп грозы и молнии. Приближались передовые отряды бурь и ураганов. Слышны были штурмовых батальонов марши небесных сил природы.

Самые стойкие «защитники» своих фазенд закрылись в своих домах, не желая покидать дачный поселок, и заняли оборону у окна с гороскопами и свечками в руках.  Они молча пили водку, читали сводки синоптиков и проклинали астролога Глобу. Он вешал очередную лапшу «про таинственные хлопоты» и грозил антициклоном из зомбоящика.  

Какие?- никто не знал! Может, хорошие или не очень – решай и додумывай сам. Каждому, как говорится свое.

Лишь про Козерогов я тогда хорошо запомнил: «Этот день порадует запоминающимися встречами, необычными знакомствами…»

Метеорологи обходились размытыми фразами - «дождь будет не долгим», «ожидаются кратковременные осадки», «ветер порывистый».

В общем, обычная суета високосного года.

Ровно в полночь началась массированная «атака» с Неба.

Град заставил многих схватиться за старинные иконы и судорожно молиться. Я же вооружился «фронтовыми сто граммами» и огурцом.

Время как будто остановилось. Дождевые «пули» били по крышам и окнам. Ветер срывал листья и гнул ветки.

Неожиданно погас свет. Задрожали старинные часы и остановились. Сразу стало холодно. На ум пришли веселые мысли об апокалипсисе на чале конца света. Кровь забурлила вместе с адреналином.

Я решил подняться на второй этаж, чтобы насладиться этим представлением во всей красе.

Ветки деревьев царапали окно, будто когти неведомого зверя. Мне захотелось подставить лицо дождю, и я распахнул окно. В комнату  мгновенно ворвался мокрый ветер. Колючие капли дождя освежили меня. Со стола сорвались старые газеты, и закружились в  невидимом танце, вместе с залетевшей листвой.

Я наслаждался непогодой. Сквозь тучи пробивалась Луна. Она была неестественно красного цвета. Черные тучи придавали ей еще больше красоты и ужаса.

Старинные часы вновь «ожили» и пробили полночь. На последнем ударе, затих ветер и раздался оглушительный гром. Где – то совсем рядом скрипнула дверь. Дружно завыли собаки. Повсюду активизировались тени.

Тут я и заметил, что в доме напротив, горят огни.

«Странно, - подумал я. - Нигде нет света, а в этом доме есть».

Я был похож на сэра Бэрримора, со свечкой в руках. Не хватало только собаки Баскервилей и мертвого каторжника…

РЛишь странные лучи заставили меня протрезветь окончательно. Это был свет не от свечи, как в других домах, а яркий и отчетливый электрический луч в ночном мраке. Этот дом давно пустовал. Уже полгода он ждал своего покупателя. Потрепанный баннер, с номером телефона,  напоминал пиратский флаг. Только вместо черепа и кости, на нем были выцветшие цифры.

Баннер, словно ветром сдуло. За окнами двигалась чья - то тень.

«Забавно! В новом доме тени бродят!  - подумал я. –  А может кто – то прячется там от дождя. Но, откуда там свет? Интересно».

Я выпил еще сто грамм (чисто для тонуса) и, вышел в ночь, на поиски приключений...

Гробовая тишина резала слух.  Тучи испарились вместе с дождем. О былом урагане «говорили» только лужи и поломанные ветки деревьев. Как будто ничего и не было. Луна молча висела прямо надо мной, и напоминала воздушный шар. Она была так близко, что отчетливо угадывались почти все ее кратеры.

 Все вокруг замерло. Фонарем я посветил на дом «соседа». Луч врезался в густой туман и «попал» в окно. Я пытался через забор разглядеть, что происходит там. Но, кроме пугающей тишины там ничего не было.

«Наверное, мне показалось. Бред какой – то. Пить надо уже меньше».

Я собрался было уже уходить, как сзади меня кто – то положил руку и постучал по плечу:

- Гуд монинг! Не спится что ли, сосед?

И я выронил фонарик…

Сейчас я вспоминаю это «гуд монинг» со смехом. А в ту летнюю ночь, да еще в полнолуние, было совсем не очень весело…

 Так я и познакомился с замечательным «человеком» в зеленых перчатках.

                                                           Замечательный сосед.

 Новый сосед оказался бывшим летчиком. Его «списали» по инвалидности из гражданской авиации, и выдали «отступные» в виде сертификата, на которые он и купил себе дачу в нашем дачном кооперативе.

С этого дня, в поселке, закончилась тихая и спокойная жизнь,  и начались «веселые приключения».

Звали этого авиатора просто – дядя Женя.

  Дядя Женя был  очень похож на пирата Джона Сильвера, из романа Р. Стивенсона.  Как заправский пират, он великолепно хромал на одну ногу, и, почти не расставался с железной тростью. Поэтому, я его так и прозвал -  Сильвер.

Местные жители избегали общения с новым соседом, и старались не приближаться к его дому. От новоиспеченного Сильвера веяло опасностью и необъяснимым потусторонним страхом

Когда дядя Женя выходил на прогулку, все собака начинали дружно выть. Местное население, в виде суровых дачников и милых пенсионеров, конечно,  не лаяли на него, но люто игнорировали.

Его дом стоял на перекрёстке четырех улиц, поэтому многим дачникам было трудно избежать встречи с ним, когда он выползал, хромая из своих ворот. Сильвер подолгу стоял на перекрестке, куря во все стороны и выпуская клубы дыма, оглядываясь, пытаясь найти собеседника. 

Дачники, проходили мимо, быстро кивали и ускоряли шаг, не желая вступать в дискуссии с опасным незнакомцем. Его это очень обижало. Он злобно ругался им в спину, плевался и грозил своей тростью «проклятым невежам».

Не знаю, что больше отталкивало от него людей – вечно пьяный вид, пугающая внешность, а может его загадочные зеленые перчатки. Было видно, что Сильвера это сильно напрягает и тяготит. Но, сердцу, как говорится, не прикажешь. С горя и одиночества он люто напивался…

А напивался он почти ежедневно! Стоя на перекрестке, он еще громче начинал орать свои грязные песенки на всю округу.

Время бежало без остановки и прибавляло шаг. Прошло четыре года. Наступил очередной високосный год. Собаки давно перестали выть и лаять на него. Многие смирились с таким соседством, и, даже привыкли. Остальные перестали обращать  внимание,  на эти  «забавы» пирата и продолжали игнорировать. .  

Только лишь местные алкоголики, тунеядцы и прочие «джентльмены удачи», постоянно слетались, словно мотыльки, на  его громкую музыку и крики по ночам.

«Пехота» плотно оккупировала его неприступный «форт»,  и взяла его в долгосрочную осаду.

Дядя Женя почти не сопротивлялся таким «атакам». У него была своя тактика ведения войны…

Он открывал ворота и запускал «противника» внутрь своего форта. Наступало временное «перемирие» и затяжные «перекуры». Что происходило за забором, никто не знал, но догадывались по звону стаканов и по увеличивавшемуся звуку радио «Шансон».

Дядя Женя посылал своих «оккупантов» в магазин за продуктами и вином.  «Гонцы» радостно бежали в ларек, как скороходы, и никогда не приносили сдачи.

«Храбрая» вода предавала им смелости и отваги. Дряхлые собутыльники дядя Жени превращались в «героев и богатырей». Он лишь хитро прищуривался, когда разливал водку, и тихо шептал незнакомые слова себе под нос.

Те, в ответ, лишь  «чистили» его карманы и холодильник, когда он спал, наивно думая, что он не замечает. А зря…

 Этот «карнавал» мог длиться неделями. Вся эта «свита», дружно несла пьяного «пирата» под шумное улюлюканье на руках в магазин и обратно, словно арабского шейха, где пополнялся запас провизии и провианта для «крутого пике».

По дороге, Сильвер громко матерился, орал непотребности, попутно грозя всем дачникам своей тростью. Все это продолжалось до очередного полнолуния.

Когда наступала полночь, все резко затихало за воротами загадочного «форта».  Лишь собаки вновь начинали выть на Луну.

Потом, спустя пару дней, дядя Женя выходил из «замка», но уже  один, без свиты и сопровождения. Он был на удивление бодр и свеж. Часто даже без трости, и почти не хромал. От него пахло дорогим одеколоном. Стоя на перекрестке, он махал мне рукой в знак приветствия, загадочно улыбался и уезжал в неизвестном направлении на такси. Это был ритуал от полнолуния к полнолунию.

Никто и никогда не видел, куда деваются его гости. Да и вообще, больше никто не видел и не встречал «сотрудников его свиты».

 Мне всегда казалось, что жизнь остановилась в теле. Он не старел и не менялся. Бродил словно замороженный. И тут наступил очередной високосный год.

                                                                    Ночное рандеву с вампиром.

 Я не жил на даче постоянно, а когда приезжал, он находился в очередном «крутом пике» и в окружении новой свиты.

Мы редко виделись с ним. Сухие «здрасьте», были нашими соседскими обязанностями по этикету, словно и не было той ночи, после урагана. Дядя Женя делал вид, что не знает меня или не хотел продолжать отношения.

 Но, моя интуиция подсказывала мне, что он хочет со мной поговорить.

Интуиция меня не подвела. Наконец, представился случай.

В очередное полнолуние мне, как обычно, плохо спалось.  Я вышел на перекресток.  

Звезды плясали на небе вместе с Луной. Некоторые из них, наигравшись, падали, оставляя за яркий последний свет за собой, в виде чудесного луча. Я дымил трубкой во все стороны и загадывал желания.

Они сыпались одни за другими, вместе с падающими звездами. Их было так много, что пришлось «дарить свои мечты» направо и налево.

Тишину нарушал лишь ветер, гоняющий первые осенние листья. Где – то рядом скрипнула дверь. Я выпустил огромный клуб дыма из своей трубки в ночное небо, и собрался было идти спать, как по плечу меня похлопала чья – то рука.

 - Буэнос ночес, милый друг!

Я вздрогнул от неожиданности и отскочил в сторону. Передо мной стоял человек в зеленых перчатках.

- А. Это вы! Вы как джинн, из тумана появляетесь? Зачем так пугать?

Человек в зеленых перчатках разразился громким и страшным смехом.

- Ага. Из кувшина. Это не мой профиль. А я и не знал, что ты такой пугливый. Вроде, на труса не похож. Чего тебе - то не спится?

Я пришел в себя:

- Да вот, на звезды решил посмотреть. В полнолуние всегда плохо сплю.

- В полнолуние говоришь!? Ну, ну. А я думал, желания загадываешь? – раздался опять его хриплый смех. – В полнолуние – грех спать. Звезды тебе не помогут. Уже давно все решено за тебя.

- А кто поможет?

Мне стало любопытно услышать прогноз своей судьбы от пьяного летчика.

В свете Луны таинственный сосед был очень похож на графа Дракулу.  Мне даже показалось, что сверкнули его желтые клыки во рту.

-  Я, - ошарашил меня своим дерзким ответом сосед и протянул мне руку в зеленой перчатке. - Извини, что не снимаю рукавицы, руки мерзнут.

Мне понравилось, что он назвал свои зеленые перчатки «рукавицами».  Холодная, кожаная рукавица крепко сжала мою кисть.

- Интересно. И как вы мне поможете? – я вырвал кисть из его крепких лап. Его глаза смотрели сквозь меня, словно он читал мои мысли. 

- Я все время их так называю - рукавицы, - подхватил мою мысль дядя Женя. – Приглашаю тебя в гости. И никаких отказов, у меня праздник и вообще, пора уже поближе познакомиться.

Я был озадачен «чтением моих мыслей», но тогда я еще не придал этому значение. Я не знал судьбу тех людей, которые заходили к нему в «гости» и исчезали. Ничего хорошего там точно не предвещало, но я согласился …

- Можно.

- Да ты совсем озяб! Пошли скорей. Луна уже не греет. Сейчас согреемся. У меня чудесный шнапс есть. Сегодня юбилей как раз. Четыре года в ваших краях. Помнишь, ту ночь?

- Конечно. Такое не забудешь. Поздравляю.

 - Ладно. Не стОит. Не люблю эти дешевые комплименты. Я просто давно хотел с тобой поговорить, а ты все бегаешь, как все. Боишься меня? Знаю, знаю – все меня боится. Не ссы, не я не кусаюсь.

Дядя Женя опять громко рассмеялся, и молча, пошел к своему дому, давая понять, чтобы я следовал за ним.

- Пошли, пошли, не укушу тебя, - подмигнул он хитрым глазом.

Он быстро исчез за калиткой, оставив ее открытой. Шутка мне его не понравилась, но отступать было некуда.

Снаружи, его деревянный дом казался обычной дачей. Но внутри, этот «каркасник» оказался похож на мини – дворец.

 Дом был холодный, словно в склепе.  Везде горели свечи. Пахло формалином  и еще какой то гадостью.  Этот запах было не с чем не перепутать. Запах морга, трудно забыть.

- Располагайся. Сейчас растоплю свой крематорий. А ты пока, доставай  все, что есть из холодильника.

 Я не ожидал увидеть такое изобилие деликатесов в его холостяцком жилище. Мне казалось, что кроме кильки он мне ничего не предложит. Ассортимент продуктов был просто великолепным. Но, мы ограничились водкой с лимоном.

 Дядя Женя оказался на редкость интересным собеседником и рассказчиком. Он постоянно шутил, громко смеялся и не пьянел.

Я до утра слушал его рассказы и байки про жизнь. Не знаю, почему он мне решил открыть свою душу. Но, в ту ночь я узнал почти всю его жизнь. Это было, как в «Интервью с вампиром», но, только со мной…

Дядя Женя лихо опрокидывал рюмки, не закусывая, лишь курил одну сигарету за другой. Из его легких выходил темно- желтый дым вместе с мощным кашлем. Казалось, что легкие его вот - вот выпрыгнут наружу вместе с желудком. Но, он продолжал вливать в себя водку, кряхтеть и курить. Я молча слушал его биографию, изредка кивая  в знак согласия, и машинально разливал по стаканам.

Мы не пьянели (как мне казалось), а будто находились в другом измерении или в трансе. Сейчас я вспоминаю ту ночь и  думаю, а может это был тоже сон, потому что я выжил. А может, ничего и не было?

 В ту ночь я узнал тайну «зеленых перчаток»…

                                                                     Эра не милосердия.     

Дядя Женя очень любил Небо и мечтал стать космонавтом, как и все мальчишки великого и могучего Советского Союза.

После института он мужественно начал бороздить просторы воздушных морей и океанов.

 Лихой штурман не верил, ни в Бога, ни в дьявола, и слыл «махровым атеистом», как сам себя называл.

В свободное от полетов время, он играл в карты, ходил на рыбалку, пил вино и крутил романы с дамами. В разных городах оставлял он свои «следы», в виде детей, про которых говорили «дети Неба».

Все законные браки, закончились логично – громкими разводами. Лишь двоих детей он признал своими и всячески им помогал.

Военная форма, во все времена, была критерием благородства и мужественности. Дядя Женя соответствовал этим критериям на все сто процентов, хотя и был гражданским летчиком.

Форма придавала ему дополнительных «бонусов», в виде благосклонности женского пола и подчеркивала  благородную харизму.  Дамы вешались сами на шею к нему сами собой.

Вдобавок, была  у него еще одна маленькая особенность – дядя Женя всегда носил зеленые перчатки! Тем самым окружил себя еще большим ореолом загадочности и шарма.  Откуда они появились у него и когда, никто не знал. Никто не заметил и перемены в самом летчике.

На замечания руководства «соответствовать форме», он не реагировал. Дядя Женя надевал для отвода глаз, белые перчатки, демонстрировал их на планерках и совещаниях, хитро улыбаясь, а потом снимал, и бережно клал в карман. Под ними всегда были одеты другие - кожаные зеленые перчатки!

Но, это было не всегда.

Все решил, как всегда, один «забавный» случай в аэропорту Внуково…

 После очередного рейса, по закону «гравитации и притяжения», вся команда корабля, как водится, решила отметить удачную посадку. Традиции выпить после удачной посадки никто еще не отменял.

Весь экипаж дружно переместился с корабля, в …ресторан. Попили, потанцевали и стали разъезжаться по домам, кроме дяди Жени. Он решил продолжить банкет в одиночестве. Возвращаться в холостяцкую квартиру не хотелось, и душа требовала продолжения банкета и приключений. Они не заставили себя долго ждать.

 К нему за столик подсадили веселую компанию (раньше это было нормой, в связи с дефицитом мест в ресторанах). Все дружно подняли бокалы «за дружбу и любовь».

После третьей бутылки, все обнимались и «уважали» друг друга. Потом были танцы. Молодая эффектная брюнетка что – то нежно шептала на ухо захмелевшему молодому летчику.

Когда они вышли на улицу, чтобы вызвать такси, то барышня обвела его руками за шею и поцеловала. Дальше дядя Женя ничего уже не помнил. Ему было хорошо. Он улетел  «в другое измерение». Так хорошо ему еще ни с одной женщиной не было. Они всю ночь меняли пейзажи и раздвигали границы.  

Очнулся молодой летчик, почему то уже в больнице, с жуткой головной болью. Врач сообщил, что он пролежал месяц в реанимации и неделю был в коме. Его нашли на лавке, с двумя дырками на шее, в Марьиной роще.

Когда дядя Женя пришел в себя, то у него жутко болела шея и чесались зубы. Но он все равно был безмерно рад возвращению из «этого затяжного пике».

Спустя месяц, в приподнятом настроении, он покинул здание медицинского учреждения, и вышел в совершенно другой мир.

Солнце ослепило новоявленного вампира осенними лучами и ему сразу захотелось спрятаться в тень. Он еще не догадывался, кем  стал, но уже почувствовал изменения в себе.

Солнечный свет теперь ужасно раздражал его.

«Наверное, я до сих пор отхожу от лекарств?»

Летчик решил спрятаться от света в ближайшем магазине.

При виде томатного сока ему жутко захотелось пить.  Его потянуло на все красное. Он набрал красного вина,  гранатовый сок, и брусничный морс, взвесил палку «кровянки» (колбаса). На втором этаже универмага он купил черные очки. Потом  прыгнул в такси и помчался домой.  

Целый день его тошнило от Солнца и очень хотелось спать. Раньше он никогда даже не дремал после обеда, а теперь глаза сами закрывались.

Выпив залпом бутылку вина, он задвинул шторы и провалился в глубокий сон.

Дядя Женя продлил больничный еще на месяц. Неделю он прятался ото всех в полной темноте. Никому не открывал двери, отключил телефон. Лишь по ночам неведомая ему сила звала его выйти в сумрак.

Рана на шее почти зажила. Стоя у зеркала, он заметил, что его зубы подросли и стали острее.

«Вот дела! Можно даже банки без штопора открывать!»

С этими словами он накинул модный шарф на шею, улыбнулся своему отражению и вышел в вечерний город.  

Свежий воздух чуть не сбил его с ног. Он устоял, и двинулся  к дворовым завсегдатаям.

Ему хотелось праздника и крови.

Во дворе, за обшарпанным столом, сидели молодые пенсионеры и простые бездельники.  Все обсуждали футбольные матчи, спорили о политической ситуации на Кубе и травили байки про рыбалку – все, как обычно. Не хватало лишь вина.

Все обрадовались очередному возвращению «воздушного волка». Во дворе всегда ждали его из рейсов и ценили его за щедрость и широту души.

Быстро послали гонца (из молодых пенсионеров) в магазин. Тут же со всей округи слетелись и другие  местные поклонники  Бахуса и Диониса.

Заляпанный теннисный стол превратился в дастархан,  и через полчаса ломился от водки и нехитрой закуски.

Дядя Женя наслаждался красным «Портвейном». Он поймал себя на мысли, что вино придает ему необычный тонус. Такого раньше с ним не было.

 Двор шумел и гудел до глубокой ночи. Пришло время расходиться и расползаться.

На столе, среди хлебных крошек, консервных банок и пустых бутылок спал молодой парень из соседнего двора. Никто не хотел его нести домой, да и сил уже особо не было – все еле держались на ногах.

Тогда дядя Женя решил проводить его до дома. Он положил  бедолагу себе на плечо, в виде ручной клади, и понес его домой.

Парень  что – то бубнил себе под нос и пускал слюни в лифте. Кабина медленно поднимала пассажиров и смачно скрипела. Молодой  собутыльник положил голову на плечо спасителю.  И тут, дядя Женя  заметил, что у молодого человека из носа течет кровь. Он захотел вытереть ему кровь, но неожиданно  у него самого закружилась голова. Новое чувство охватило бывалого летчика. Ему до дрожи захотелось выпить этой крови…

 Дядя Женя нашел кнопку «СТОП». Потом схватился за свои зубы и резко убрал руку. Изо рта торчали клыки. Двумя руками он прикрыл рот, пытаясь спрятать их.  В глазах помутнело. Ему хотелось бежать, но вместо этого он крепко обнял юношу, взял за горло и укусил того в шею. Парень всхлипнул и обмяк. Напившись вдоволь крови, ему стало очень хорошо.

«Вот оно что! Я вампир! Матерь Божия, царица Небесная! Это же круто!»

Страха не было. Не было и стыда.

Новоявленный вампир медленно спустился вниз по лестнице.

Уже дома, он,  до конца осознал, кем он стал. Оставалось придумать, как с этим жить дальше.

«Ну не осиновый же кол в себя вбить! Никакого чеснока и серебряных пуль. Я остаюсь, чтобы жить. Буду переводиться на ночные рейсы. Где наша не пропадала!»

От этих мыслей он даже подпрыгнул. На следующий день он закупил несколько модных солнцезащитных очков и крем от загара.

А во дворе, тем временем, уже поползли слухи о загадочной смерти парня из соседнего двора.

Труп нашли на пороге своей квартиры, полностью обескровленным.  Никто не помнил, кто его отвел домой, поэтому милиция стала опрашивать всех, кто пил в тот день во дворе.

Дошла очередь и до дяди Жени давать показания.

Участковый пришел сам к нему домой под вечер. Он уже неделю не мог достучаться до него, поэтому был очень зол, что приходиться бегать по нескольку раз на день. Участковый был очень настырным и готовился поступать   на следователя. Ему не давали покоя лавры Шерлока Холмса и майора Знаменского. Молодой капитан грезил великими расследованиями и загадочными делами. Он решил сам попробовать раскрыть это дело и поэтому не спешил докладывать о своих подозрениях и версиях. А версия у него уже была. Был и подозреваемый. Оставался найти мотив.

«Как можно так долго спать?», - звоня в дверь думал участковый.

Милиционер еще не знал, что сон вампира очень крепок.

 И тут дверь отрылась. На пороге стоял бледный пилот в черных очках.

- День добрый, гражданин Варгошев. Что с вами? Почему не открывали мне дверь?

- Наверное, спал. А вы что, приходили?

- Целую неделю стучусь к вам. Неужели не слышали? Позволите зайти?

Молодой  капитан был очень серьезен и суров. Было видно, что он подозревает дядю Женю и о чем  – то догадывается.

- У меня к вам несколько вопросов, на счет вашего знакомого.

- Какого из? Да вы заходите, заходите, не стесняйтесь.  А что случилось? Буду рад помочь.

-  А вы не знаете что случилось?

Капитан пытался насквозь пронзить глазами Евгения Варгошева, но тщетно. Глаза были спрятаны за темными линзами.

Снимите очки. Вы же у себя дома. Тут и так темно, как в склепе.

- Нет. У меня аллергия. Врачи запретили.

- Ну, хорошо. Хорошо. Андрей Логинов вам знаком?

 - А. Андрюха, из дома напротив? Конечно. А что с ним?

 - Именно. Андрей Логинов был найден мертвым, в прошлую пятницу в своем подъезде.

 - Не может быть! Какой ужас! И кто его убил?

 - Вот это я и хотел вас об этом спросить. Вы же пошли его провожать? Так?

Дядя Женя быстро догадался, куда клонит участковый…

- Ну, да. Проводил его до самой двери. Он мне еще сказал: «дальше я сам». Я поставил его и ушел. Пьяный был, плохо помню детали. Как то так.

 Участковый пристально смотрел на Сильвера.

- Как то так, да не так. Неувязочка  вышла, Варгошев. Соседка вас видела и все рассказала.

Капитан решил пойти ва – банк и соврал про соседку.

- Какая соседка? О чем вы? На понт берешь, начальник?

- Выбирайте выражения, гражданин Варгошев! Все улики против вас. Я все и так, про вас знаю.

 «Интересно, что он может про меня знать? Блефует мент. Ладно.  Я ему сейчас викторину настоящую устрою». Дядя Женя заметил про себя, что может читать чужие мысли.

- Ну, так вот, - не унимался участковый. -  Парня нашли мертвым и почти без крови у своей двери. Но, крови рядом не обнаружено. Вы последний его видели. Что скажете? Лучше чистосердечное признание, уж поверьте.

- Во как? Мокруху предлагаете на себя взять? Не выйдет. Я что вампир кровь пить?

- Не знаю, не знаю. Но последний, кто видел Логинова живым – были вы. Нам лучше в отдел проехать.

- А а а . Вот вы куда клоните! Лавры Шерлока Холмса покоя не дают? Не выйдет, товарищ сыщик. У меня алиби.

- Вот и проверим его. Мы сейчас на экспертизу поедем. Где у вас тут телефон? Я наряд вызову.

Участковый сидел на кухне и медленно заполнял протокол. Дядя Женя нервно курил одну сигарету за другой, и монотонно отвечал на вопросы. Он уже все решил…

- В котором часу вы покинули двор? Варгошев? Вы меня слышите? - прервал участковый.

Дядя Женя отлично понимал, что его ждет. Ему не хотелось в тюрьму. У него начиналась новая жизнь – бессмертия. И никакой участковый не помешает ему.

- А, да. Простите великодушно, сэр. Задумался.

- Какой я вам «сэр». Шутки не уместны, Варгошев. Отвечайте на вопросы и не отвлекайтесь. Нам придется проследовать в отделение.

- Этого не потребуется, сэр.

В руках  дядя Женя крутил карандаш, как заправский барабанщик. Он приблизился к участковому и противно засмеялся на ухо.

- Что вы себе позволяете? Сядьте на место…

Участковый хотел встать, но вместо этого получил удар кулаком точно в кадык. Одновременно карандаш вошел ему в шею, в глаз, потом еще, еще и еще…

 Такого поворота милиционер явно не ожидал. Он схватился за горло одной рукой, а другой попытался достать пистолет из кобуры. Но, было уже поздно. Две руки, с неимоверной силой, выдернули его со стула, словно мягкую игрушку и прижали к огромным клыкам. В глазах участкового помутнело,  и он ослаб…

Кровь участкового оказалась на редкость очень вкусной.

«Надо же! Не знал, что у ментов такая кровь сладкая! Не то, что у этого алкаша Логинова – проспиртованная».

 Напившись крови, дядя Женя умылся и закурил. Он был очень бодр, свеж и весел.

Остатки крови он слил в пустые бутылки из под молока и поставил в холодильник.

Удача сопутствовала ему. Теперь у него был пистолет и милицейская форма.  Высохшее и бескровное тело участкового он завернул в старый половик и ночью вывез  в лес. Там он его благополучно сжег.

                                                                 Тайна зеленых перчаток.  

Так началась новая жизнь веселого вампира – летчика Евгения Варгошева.

Теперь он не боялся смерти. Перед ним открылся совершенно другой мир - мир приключений, соблазнов, безнаказанности и власти.

 В «Аэрофлоте», он попросился работать только в ночные рейсы. Ему пошли навстречу. Варгошева ценили и уважали. Он всегда щедро благодарил диспетчеров, которые составляют расписание полетов.

Новый образ жизни ему очень нравился. Теперь он постоянно носил черные очки. И был похож на молодого Бельмондо.

В городах, он знакомился с юными стюардессами и одинокими барышнями. Он не скупился на дорогие подарки, водил по ресторанам. С ним было всегда легко и весело. Дамы отвечали ему страстной любовью.

Но, наутро, многих девушек  потом находили с прокушенными шеями. Красивые тела лежали в мятых кроватях в соблазнительных позах. С них можно было писать картины и смотреть часами. Женщины словно спали или позировали обнаженные невидимому художнику.

Некоторым женщинам Варгошев  научился «дарить новую жизнь». Он позволял им кусать себя в руку, чтобы привить вкус крови. Так, многие красивые женщины  восполняли армию вурдалаков, а потом «пили» кровь у своих мужей.

 Небеса надежно прятали и скрывали его следы на земле. Варгошев легко перемещался по всей стране, практически не оставляя следов.

Изредка появлялись заметки в криминальной хронике о найденных телах, с прокушенной шеей. Сыщики сбивались с пути и закрывали дела. Варгошев был не досягаем.  Причем, во всех отношениях.

Дядя Женя не испытывал недостатка в крови. В качестве альтернативы, он приноровился покупать кровь на мясо бойнях и фермах, в качестве альтернативы. Бутылочки с «пищей» он брал с собой в рейсы, и прятал их в термосе, вместо чая.

Единственное, что его напрягало в новом облике - это его кисти рук. Они стали белоснежные и с острыми ногтями. Сколько не пытался Варгошев их мазать тональными кремами, наносить тушь и масла - все тщетно.

С ногтями было еще хуже. Они росли при дневном свете, как грибы после дождя, и превращались  в когти. Чтобы их подпилить или подстричь, ему приходилось использовать напильник и ножницы по металлу. Выход был найден простой и неожиданный – ПЕРЧАТКИ!!! При чем,  только зеленые. Остальные слабо помогали.

После очередного рандеву, он решил примерить зеленые перчатки очередной своей жертвы. Дама надолго «уснула» сладким сном вампира и ей уже они не понадобятся. Когда Варгошев их одел, то руки словно помолодели, и стало очень уютно и тепло.

Он решил больше не снимать их. Закупив в Риге,  целую партию замечательных зеленых кожаных перчаток, новоявленный Дракула, стал главным вампиром Советского Союза.

                                                            Всему приходит конец.

 Вскоре Варгошев перестал напрасно лишать жизни прекрасных женщин направо и налево. Он стал сентиментальным, матерым и осторожным вампиром и ни чем не отличался от нас, смертных.

Убийства и ужасы с прокушенными шеями остались в прошлом – он наслаждался жизнью.

Варгошев скупал кровь доноров в больницах. Особенно ценил первую группу, с положительным резус фактором. За нее платил вдвойне. Но, не брезговал и другими «группами» крови.

Дядя Женя научился перемещаться в другие миры и подпространства, когда напивался крови. Он купил себе изысканный и удобный гроб. Респектабельный, чёрный, открытый гроб, с белой гламурной обивкой, немного романтичный, олицетворяющий особое мрачное произведение мертвого искусства, и спал там после рейсов.

 Летели года, старели и умирали люди. Прошла «перестройка», минули лихие девяностые, менялись экипажи самолетов. А наш лихой штурман, был вечно молодой и вечно пьяный. На него стали по – другому смотреть. Многие стали побаиваться и избегать совместных посиделок. Все вокруг чувствовали «холодок смерти», но боялись его об этом спросить. 

Варгошев же, наоборот, перестал бояться всего. Ни турбулентности, ни грозы и ураганов в полете. Он знал, что не умрет никогда. Дядя Женя просто застыл в возрасте «около сорока лет».

И тут опять вмешался его величество случай. Трагедии и форс – мажоры случаются даже у вампиров. А куда ж без драмы.   

Однажды Варгошева пригласили в  гости к новому командиру корабля. Собрался весь новый и молодой экипаж. И началось… Дрогнули стаканы, зашумела музыка, флирт, смех – все как у людей.

Когда начались медленные танцы, дядя Женя не поделил одну даму с молодым стюардом.

Молодой «стюардесса» (так его дразнил дядя Женя) был «звезда» экипажа и любимчик всех молоденьких стюардесс. Выглядел он, как заколдованный принц, словно из прошлого века. Варгошеву явно проигрывал своей брутальной красотой юному «дарованию», но он не привык сдаваться. Ему стало обидно, что его – самого «князя тьмы» предпочли обычному «шаловеку».

Варгошев в первый раз ошибся. Тут и нашла коса на камень. Началась драка. Драться Варгошев умел и любил. Тем более, считал себя непобедимым. Никто, еще не сумел дать должный отпор человеку в зеленых перчатках. Дядя Женя был уверен в победе на сто процентов. Но, тут, что – то пошло не так. Ему оказали сопротивление, да еще какое.

В общем, тот другой оказался ловчее и сильнее дяди Жени.  Никто не ожидал такого исхода. Все переживали за гламурного стюарда, а вышло наоборот.

При падении Варгошев сильно ударился головой и потерял сознание. Для вампиров это редкость.

Пока дядю Женю откачивали в ванне, «принц» хотел по – тихому вбить ему осиновый кол в ванне, когда все отвеклись и вышли.  

Этот стюард, как оказалось позже, тоже был вампиром. Он, хотя и был на вид моложе, но на деле был намного опытнее и старше. Ему было «слегка за триста».  И был намного опытнее нашего героя.

Для вампиров триста лет, сравнительно юный возраст. Поэтому дядя Женя, с его двадцатилетним стажем вурдалака»,  был сущий мальчишка и «щенок». Силы явно были неравны.

Но, вампиры своих не убивают – это закон.  Варгошева простили и помиловали на первый раз. А в качестве наказания,  стюард, накормил его  чесноком и облили святой водой, за дерзость.

 Варгошев после этих процедур, еле выжил, но остался инвалидом. Сначала у него отказали ноги. Потом онемела правая рука и парализовало пол лица.

 Реабилитация была долгой и мучительной, по причине «особенностей» организма. Врачи долго недоумевали от результатов анализов. После долгих совещаний, комиссий и консультаций решили сделать  переливание крови и отпустить его на амбулаторное лечение.

Из больницы Варгошев вышел совершенно другим – старым, седым и хромым.

Пластическая хирургия, молодая кровь – немного вернули ему «былой красоты», но процесс реинкарнации был уже запущен. Медленно, но верно, Варгошев начал стареть и увядать

Комиссия  ВТЭК признала его инвалидом первой группы. Варгошева быстро списали из авиакомпании.  Торжественно проводили на пенсию, перекрестились и  забыли…

                                                                             Покой нам только снится.

Эту историю я слушал всю ночь. Передо мной сидел старый вампир. За ночь дядя Женя постарел лет а сто.

Помню, когда я уходил от него, он мне сказал:

- Придет время, и ты сам устанешь от этого мира. Совсем скоро ты полюбишь ночь больше, чем день. А сейчас иди спать. До новых встреч, в эфире.

Он громко рассмеялся, своим хриплым и заражающим смехом. Написал на пачке сигарет свой номер телефона. Протянул руку в зеленой перчатке и закрыл дверь за мной.

Как добрался до дома, я плохо помню. Сон накрыл меня мгновенно. Я проспал весь день и проснулся ночью. Помню, мне снились  драконы, коридоры и зеркала.

Когда я проснулся, то сразу решил записать наш разговор в дневник.

Обычно сновидения мне плохо запоминаются, и сразу испаряются, словно утренний туман. Но, в тот раз, я помнил почти каждое слово моего нового знакомого.

Мы стали чаще встречаться. Вечерами, дядя Женя звонил мне и просил зайти к нему излить душу - я не отказывал. Мне нравилось слушать его приключения.

 Его зеленые перчатки были уже все в дырках, через которые проглядывались белые руки и торчали огромные ногти. Я понимал, что он болен, но боялся спросить чем.

Однажды он попросил меня привезти ему кровь.

- Май френд, достань мне свежей крови. Только не покупай гематоген и не подсовывай кровь свиньи.

- Вы о чем? Где я ее возьму.

- Я тебе расскажу где. Заедь на ближайшую птицефабрику и попроси  «немного эликсира» для своего друга. Не откажи. Я же не заставляю тебя приводить мне людишек. Я и сам могу заманить кого угодно. Но сейчас уже крови хорошей не осталось. Надежда только на тебя.

- Вы о чем?

- Не боись. Не укушу. Хотя, знаешь. Из тебя вышел бы отличный вампир.  

Я понимал это, но горло решил не подставлять – держался на расстоянии.

- У нас впереди будет много приключений. Вечность - прекрасна. Подумай, время еще есть. Из этого мира еще никто живым не уходил. А мы сможем вместе раздвинуть границы и поменять пейзажи.

Я обещал подумать. Ничего не ответил ему тогда, хотя соблазн был очень велик.

Время все расставило по своим местам.

Судьба забросила меня надолго в Крым. Я приезжал раз в год на дачу, но не заставал дядю Женю. Ходили слухи, что он не вылезает из «крутого пике» и его редко кто видит. И вот через три года я наконец увидел его. Это было страшно.

Когда стареют люди – это одно, а когда увядают вампиры – совсем другое.

Оказалось, что все это время травил себя святой водой, водкой ел чеснок. Дядя Женя целенаправленно губил себя.  Он покрылся ужасными наростами и шишками по всему телу. Теперь это был настоящий граф Дракула.

Мне было по – человечески жалко его. Я предложил сделать ему переливание крови. Но, он лишь рассмеялся. Из его горла выплевывалась желтая кровь.

- Убей меня, май френд. Вбей кол в мою грудь.  Умоляю тебя, как родного!

- Вы что? Я не могу. Может, есть другой выход?

- Есть. Но, я боюсь его.

- Кого?

- Того, кто придет за мной. Но, видимо, без этого не обойтись. Устал я, сынок. Сделай одолжение, позвони завтра по этому номеру.

Дядя Женя дал мне мятый клочок бумаги. Это был посадочный талон старого образца. На нем был написан карандашом странный номер «207 -404 -2604».

- Обещай мне, что позвонишь и просто скажи, «что я готов и устал».

- А почему вы сами не позвоните?

 - Мне нельзя. Никто не поверит. Таковы правила.

- Не откажи старому приятелю, мой юный друг.

Я не мог смотреть на эти страдания. Пускай он и был не простым «человеком», но дядя Женя стал очень дорог мне, как бы странно это не звучало.

- Хорошо. Завтра позвоню, - пообещал я.

- Только обязательно дозвонись и убедись, что тебя поняли. Просто скажи: «Варгошев разгерметизировался». Там поймут.

На следующий день я все сделал как он и просил. На том конце никто не ответил, но чей шепот ответил: «принято к сведению». Потом послышались короткие гудки.

Вечером я доложил дяде Жене, что все сделал, как он велел  

- Отлично. Осталось дождаться первой Луны. Благодарочка тебе, май фрэнд. Теперь я спокоен.

Он молча развернулся, даже не попрощавшись, и скрылся у себя за забором.  

Целую неделю Варгошев бродил пьяный по дачному массиву, и грозился ударить своей палкой каждого встречного.

Потом даже напал на председателя нашего кооператива, и пытался его укусить. Тот еле вырвался, и грозил ему «большими неприятностями». Угрозы и проклятия сыпались в сторону старого вампира со всех сторон. Даже собаки, в последнее время,  осмелели и пытались его укусить.   Он долго смеялся всем в лицо и кричал: "мы еще встретимся" и «я доберусь да вас оттуда».

Откуда он доберётся догадывался, наверное, один я.

Его ужасные песни, разносились вместе с ветром, по всей округе, почти каждую ночь. Он стал сильнее хромать,  не отбрасывая тени,  и постоянно смотрел на нарастающую Луну.

Луна освещала его бледное лицо. Около его дома исходил зловещий запах плесени. Огромная паутина овеяла весь его дом и нитями свисала, словно сосульки. Даже мне стало жутко. Мне хотелось его спасти.

Несколько раз я стучался к нему и звонил. Но он игнорировал меня и выкрикнул какие то проклятия на непонятном языке. 

А потом он пропал, а точнее испарился, как туман. Его дом сгорел и превратился в пепел. Пожарники нашли только два золотых зуба, которые он надевал на клыки. Все сделали вывод, что дядя Жене сгорел заживо. 

Когда пожарные все разъехались, я пришел к нему на участок. Пожар не затронул только маленький сарай. Замка там никогда не было, и я открыл дверь. Все было на месте. Аккуратно стояли вилы, грабли и лопата. На полках лежали гвозди, отвертки, молоток и …зеленые перчатки.

Это были совсем новые кожаные перчатки, ни разу не ношенные. Видимо, дядя Женя держал их для особого случая. Перчатки пахли розами.  Я решил, взял их на память о своем таинственном соседе.

Иногда,  я надеваю зеленые перчатки в полнолуние, и меня обдает потусторонним холодком. Я знаю, что Сильвер,  где то рядом, среди нас. Он  обязательно вернется, и расскажет мне новые байки про параллельные миры. Его приключений хватило бы  на  десяток романов и несколько сезонов сериал «Сага про летчика – вампира».

Жаль, что я не познал привкус бессмертия. В эти минуты я сожалею, что не позволил себя укусить…

В будущее заглядывать страшно, но очень хочется.